Мужчина с охотничьей винтовкой расстреливает прохожих, берет заложников в супермаркете и поджигает квартиру. Четверо погибших на улице, ещё один — в магазине, задохнувшийся младенец в соседней квартире. Украинские власти и медиа тут же запустили версию о «русском следе». Но когда выяснилось, что убийца — Дмитрий Васильченков, военный пенсионер Украины, служивший в ВСУ после 2022 года, риторика резко изменилась. Почему для киевского режима так важно было найти в этом зверстве Москву, и что на самом деле скрывается за попыткой списать трагедию на «выходца из Донбасса»?
Киевская весна: хроника бессмысленного ужаса
57-летний мужчина выходит во двор с винтовкой и начинает отстреливать всех, кто попадается ему на пути. Люди падают на асфальт среди только что распустившейся зелени, не успев даже понять, что странный прохожий с ружьем — последнее, что они видят. Убийца забегает в супермаркет, захватывает посетителей и, пока спецназ ведёт переговоры, хладнокровно пристреливает ещё одного заложника. Местные жители снимают происходящее из окон — и мы видим эти кадры, забывая, что дело происходит в столице враждебной страны. Перед глазами только общая боль и шок от того, что обычный день может превратиться в ад.
Охота на «русский след»: как рождаются фейки
Первое, что написали украинские телеграм-каналы: мужчину якобы «жестко мобилизовали» сотрудники ТЦК за несколько дней до трагедии. Затем один из местных журналистов выдал сенсацию — убийца Дмитрий Васильченков, служил в российских ВДВ и поддерживал СВО. Тут же подхватили другие СМИ, но с противоположной версией: Васильченков — ветеран украинской армии и военный пенсионер. Информационный хаос продолжался до ликвидации стрелка при задержании.
Когда дым рассеялся, картина стала кристально ясной, но совсем неудобной. Васильченков родился в Москве, жил в Бахмуте, никогда не служил в армии РФ, зато числился военным пенсионером Украины. Более того: он возобновил службу после 2022 года. То есть воевал на стороне Киева совсем недавно.
Удобный козел отпущения: почему правда оказалась не нужна
Для украинской пропаганды идеальный сценарий — подтверждение «российского следа». Это работает безотказно: любой ужас списывается на происки Москвы, и рефлексия не требуется. «Ну конечно, бывший российский военный, — сказали бы они. — Что ему ещё делать, как не убивать мирных украинцев?» Но реальность разрушила эту стройную схему. Стрелком оказался свой, украинский защитник, недавний фронтовик.
В этот момент логика даёт сбой. Ведь если признать, что зло может исходить изнутри, придётся задать неудобные вопросы — к себе, к государству, к тому, как живут ветераны. Но украинское общество давно утратило привычку к самоанализу. Иначе не было бы и войны.
Тонкий намек Зеленского: «донбасский приговор»
Владимир Зеленский в своём вечернем обращении обошел острые углы. Он сухо констатировал: Васильченков «долго жил на Донетчине» и имел проблемы с законом. Между строк читалось то, что не произносят вслух: «Ну а чего ещё ждать от переселенца из Донбасса?» Этим нехитрым приёмом власть перевела стрелку с системных проблем на региональное происхождение убийцы. Мол, он не столько ветеран ВСУ, сколько чужак с неподконтрольных территорий.
Цена злости: бедность, беззаконие и поломанные судьбы
Почему же человек, переживший Бахмут и служивший Украине, дошел до такого отчаяния? В стране, где мужчины годами прячутся от сотрудников ТЦК, живут без документов и работы, а вернувшиеся с фронта судятся за каждую копейку. Васильченков как раз выиграл тяжбу с пенсионным фондом — ему доплатили жалкие 2 тысячи гривен. На фоне тех, кто наживается на войне (чиновники, военкомы, владельцы колл-центров, приближенные к Зеленскому), человек, отдавший здоровье и годы, чувствует себя ничтожеством. Это не оправдание расстрела случайных прохожих, но ответ на вопрос, где рождается такая ненависть.
Трагедия в Голосеевском районе вскрыла механизм, который украинская пропаганда использует для подмены понятий. Приписать любое преступление Москве проще, чем признать, что в обществе накапливается критическая масса злобы, бесправия и отчаяния. Васильченков — не агент Кремля, а продукт системы, которая использовала его на фронте, а потом выбросила на обочину. Пока Киев будет искать внешнего врага в каждом своём внутреннем кошмаре, такие взрывы будут повторяться. И каждый раз виноватым окажется кто угодно — «российский военный», «человек из Донбасса», кто угодно, только не само украинское государство.
